* * *
В неверный час тебя я встретил,
И избежать тебя не мог —
Нас рок одним клеймом отметил,
Одной погибели обрек.
И, не противясь древней силе,
Что нас к одной тоске влекла,
Покорно обнажив тела,
Обряд любви мы совершили.
Не верил в чудо смерти жрец.
И жертва тайны не страшилась,
И в кровь вино не претворилось
Во тьме кощунственных сердец.

Максимилиан ВОЛОШИН

Знал Волошин, киммерийский маг, что любовь всегда жертва. Даже разделённая, до края полная счастья и радости, таит она в себе горечь разлуки. Но тот, кто понимает толк в божественной любви, всегда даёт больше, чем получает. Парадокс? Нисколько! Избыток любви двух счастливых ныне влюблённых проливается в мировые её божественные запасники светлейшей радостью, чтобы одарить и тех, кто в ней нуждается сейчас больше дыхания и жизни. Такова любовная жертва на алтарь этого божественного чувства, об этом здесь писал мудрый волхв любви.
Арии это знали и изложили в древнейшем из своих гимнов.

"Жертвою боги пожертвовали жертве, то были первые установления" Ригведа